Последние комментарии
Наши контакты
Журнал «Известные люди России» №3 (9)№2 (8)№1 (7)
Журнал «Известные люди Юга» №6(№5)(№4)(№3)(№2)(№1)

Читайте нас:  

   
11 августа 2022

Евгений МОИСЕЕВ — Идущий по дороге - дойдет обязательно

ВПЕЧАТЛЕНИЕ. 

По моему мнению, он - прирожденный управленец с большими планами. Целеустремлен, настойчив в глобальных вопросах, независим от мнения оппонентов. Эмоционален - порой до вспыльчивости.   Обаятелен и искренен, но - в определенных пределах. Не любит говорить о личной жизни. 
Его биография удивляет стремительностью, успехами и крутыми поворотами. Этот опыт сверхактивных лет, вероятно, очень пригодится при управлении городом, который он официально возглавил за три дня до Нового года: городом небольшим, очень перспективным и многообещающим в плане открывающихся возможностей, но - и очень непростым. Кисловодск - старинный аристократический курорт, знаменитый на всю страну и даже за ее пределами чистой экологией и уникальной бальнеологией. Город еще недавно очень высокой культуры, с богатейшей, почти 230-летней историей, сохранивший красивейшую старинную архитектуру. И - город противоречий: с отсталой, порой до неприличия, инфраструктурой, но при этом с особо охраняемыми природными территориями, надежно защищенными от строительных работ природоохранным законодательством и активной общественностью - не всегда правой, часто скандальной, однако сумевшей сберечь Кисловодск в десятилетия коррупционного правления и строительного бума. Так что эмоциональный накал, время от времени прорывающийся в нашей беседе, не удивителен. 

- Евгений Иванович, 15 июля вы отметите красивый юбилей. Давайте пройдем по этим пяти десятилетиям традиционно - с самого начала, с раннего детства. Чем оно больше всего запомнилось?

- Родители были из сельской интеллигенции: мама - ветеринарный врач, папа - агроном. Их часто переводили по работе с места на место, поэтому мы много переезжали, жили в нескольких районах края. А в 1984 году папа погиб в автомобильной катастрофе, и мы остались втроем: мама и мы с братом, который старше меня на 5 лет. Остановились в Новоселицком, там я и школу окончил. 

- Насколько известно, даже с серебряной медалью - хорошим стартом в будущее. А картошку приходилось копать?

 - О, в самую точку: это отдельная история! Я ее уборку ненавидел. Работали под солнцем, в августе, картошка была мелкая, копали старшие, а мне всегда доставалась работа трудная и грязная - выковыривать клубни. Я, конечно, пытался хитрить, собирать только сверху, но потом за мной переделывали… Вот тогда я решил: когда вырасту – буду зарабатывать так, чтобы уйти от натурального хозяйства, и чтобы никогда больше не сажать картошку. И больше не сажал, принципиально.

- У вас с братом ощутимая разница в возрасте. Как сложились отношения? Поддерживаете их? 

- Из-за этой разницы, как понимаете, тесной детской дружбы быть не могло, но мы с братом были и остаемся до сих пор очень близки. И весь бизнес у нас был совместным, вплоть до моего ухода на муниципальную службу. Тепеть он продолжает им заниматься самостоятельно.

- У многих вызывают интерес ваши три диплома о высшем образовании. Педагог с двумя языками, юрист и финансист в одном лице - редкость и результат больших усилий. Это все - шаги к определенной цели? 

 - Нет, конечно.  Хотел стать дипломатом, а для этого были нужны языки. Однако в 1989 году после сельской школы претендовать на соответствующий ВУЗ было, конечно, трудно. Чтобы подготовить к экзамену иностранные языки, поступил в Пятигорский институт иностранных языков, сейчас Пятигорский госуниверситет.  Учась в институте, дважды поступал в Московский государственный институт международных отношений (МГИМО), но не набрал баллов. А потом началась перестройка, и я уже не стал расстраиваться, потому что нельзя было оставлять маму, надо было выживать в страшную инфляцию девяностых: пригодился здесь. На третьем курсе института, когда у нас начали открываться филиалы московских вузов, поступил на вечернее отделение филиала Московской коммерческой академии. Днем ходил в один институт, вечером – в другой. Закончив иняз, перевелся в Академии на заочное отделение и продолжил обучение, закончил экономический факультет. И – пошел работать. А факультет по юриспруденции Ставропольского государственного университета закончил экстерном уже позже, в 2002 году. 

ЛИХИЕ ДЕВЯНОСТЫЕ

- И где началась ваша трудовая биография?

- В Новоселицком было огромное предприятие - компания «ГЕМО», которая занималась оптовой торговлей автомобилями, обменом по бартеру за зерно. Меня как менеджера направили работать в Германию на стажировку. В Гамбурге в компании, занимавшейся морскими перевозками, стал специалистом по фрахтованию грузовых судов для того, чтобы вывозить из России сельхозпродукцию, поставляемую нашим предприятием. После стажировки вернулся домой. Затем компания меня направила работать в банк в Ессентуки. Поработал – и случился печально знаменитый кризис 1998 года, погубивший множество предприятий. Обанкротился банк, обанкротилась и компания, потому что были очень большие обязательства.

- Для многих тогда это стало настоящей катастрофой. Как вам удалось пережить кризис? 

 - Я открыл свое предприятие и стал работать в своем бизнесе. Мы так же занимались поставками сельскохозяйственной продукции, поскольку опыт работы по России был уже накоплен. Потом в стране наступило безденежье, и мы стали заниматься зачетами -  денежной системой расчетов на основе взаимно погашаемых обязательств. Стали работать по энергетическим предприятиям, по железнодорожным предприятиям. Потом этот бизнес перерос в оптовые поставки товаров, материалов для предприятий Министерства путей сообщения - теперь Российских железных дорог. После этого открыли филиал аккумуляторного завода в Георгиевске, который производил аккумуляторы для РЖД.   Затем создали свое собственное автотранспортное предприятие -  сначала для перевозки наших собственных грузов, а затем и для оказания услуг по перевозке. Открыли филиал-представительство шведских грузовиков SCANIA. По Северному Кавказу здесь в Георгиевске, стали дилером нескольких производителей запчастей и комлектующих для грузовиков, в том числе Michelin, Goodyear и других…  

- ...И тут вдруг вы принимаете решение перейти из отлаженного бизнеса на государственную службу: на должность главы администрации города Георгиевска и далее – главы Железноводска, теперь Кисловодска. Почему? Вы уверены в своих силах?

-  Видимо, желание руководить заложено еще со школы, и на практике у меня это получалось. Я был председателем пионерской дружины, секретарем комсомольской организации, членом Новоселицкого райкома ВЛКСМ. А на эту должность, освободившуюся в связи с уходом прежнего главы на пенсию, меня как кандидата поддержал губернатор края Владимир Владимирович Владимиров. Я два года работал там, потом по инициативе губернатора пошел в Железноводск, был избран депутатами города-курорта главой города. Проработал в нем все положенные пять лет. И вот по окончании этого срока Владимир Владимирович поддержал мою кандидатуру на должность главы Кисловодска. И вот я здесь. 

- А насколько легко дался выбор между не всегда совместимыми сферами – муниципальной службой и бизнесом? Не было колебаний, сомнений?

- Нет. Перейдя на муниципальную службу, я принципиально забыл о бизнесе. И хотя у меня он никак не был связан со Ставропольским краем, во избежание каких-либо нарушений по службе я все продал и вот уже семь лет понятия не имею, как он идет даже у брата – только с его слов. Ни в чем не участвую и живу спокойно.
 
- То есть вы, как принято говорить, «нашли свое»?

- Нашел! И самое главное – в моей жизни сложилась уникальная ситуация. У меня три образования – я ведь еще и юрисконсульт, и финансист. Учился не для того, чтобы был диплом: в своем бизнесе дипломы не нужны. А я реально ходил за знаниями. Первое из моих образований было бесплатным, второе и третье - платными, но я принципиально учился и знания использовал в работе. И в результате получилось, что я реально откатал все, чему меня учили.

- Фантастика! Неужели все три диплома, специальности из абсолютно разных сфер – пригодились в жизни?

- Да. Прежде всего мои знания по финансам, по юриспруденции: я все свои предприятия по арбитражным, гражданским судам вел сам. У меня достаточно большой опыт судебных тяжб, особенно в части гражданско-правовых отношений и договорного права. Потому что, когда свое защищаешь – это совсем другое, чем чужое: это понимание бизнеса изнутри, понимание, как тяжело, фантастически тяжело зарабатываются деньги. И когда пришел сюда на работу, эти знания мне помогли фактически в любом вопросе, будь то договоры, муниципальные контракты, какие-то судебные тяжбы администрации. 

А знание языков – это заграница, международные автомобильные перевозки. Лингвистика – это манера разговаривать, писать договоры, письма, тексты. Школа иняза в Пятигорске – это особый разговор. Жесточайшая школа: анализ текста, его разбор по кусочкам, буквально по буквам, по запятым, обсуждение, причем все это на французском или английском. Очень тяжелая была учеба, но я считаю, что меня сделал иняз: как человека со взглядом. Я считаю себя франкофоном, мне безумно близко все, что связано с французской романской культурой, я много раз бывал во Франции - в той жизни, когда занимался бизнесом. Очень ее люблю. Иняз определил такой мой взгляд на жизнь – чтобы все было красиво. Чтобы вы работали, отдыхали, что-либо делали красиво. Как красота языка – гармония, так и в жизни должна быть гармония. 

- Это ведь касается и личной жизни? Какая у вас семья, какая погода в доме? Как вы встретились? 

Вообще я о личной жизни не люблю рассказывать. Могу сказать только одно: это была любовь с первого взгляда. Огромная, яркая, вечная - такая, какой она должна быть. Встретились по работе в Ставрополе, куда я приехал заключать одну торговую сделку.  Я тогда еще учился в третьем ВУЗе, но уже был бизнес, зарабатывал хорошие деньги. Для мужчины главное с первобытных времен быть добытчиком, чтобы была возможность жене создать уют. И в этом плане я счастливый человек.

- А друзей у вас много?

Лучшие друзья – моя семья. Знаете, я тяжелый трудоголик, поэтому времени на досуг с друзьями у меня почти нет. Я каждый день на работе. Этот путь себе избрал и доволен: пока здоровье позволяет, хочу успеть увидеть максимальный результат своего труда.

Вот сейчас пришел на новое место. Хочу, чтобы люди увидели, что пришел не зря. Вот это для меня - самое главное. Все, кто меня знает, подтвердят, что я не карьерист, мне не нужны награды, комплименты и фанфары, все знают мое отношение к ним. Я хочу увидеть результат. Вот строим школу – она должна быть самой лучшей для наших детей. Делаем парк, озеро – должно быть интересно, комфортно и уютно каждому быть там. Сейчас начнем реализовывать проект кинотеатра «Россия», который готовил мой предшественник Александр Вячеславович Курбатов. Он был почти заморожен, но сейчас дело сдвинулось с мертвой точки. Проект уже прошел экспертизу. И если не в этом году, то уже в следующем мы начнем сносить старый и строить новый. И это новый культурный центр должен стать центром культурной жизни Кавминвод и всего края и для взрослых, и для детей. А иначе зачем строить?

- Какие у вас отношения с губернатором Ставропольского края? Верны ли слухи о том, что вы родственники?

- Нет, и не родственники, и не женаты на сестрах, как об этом судачат любители сплетен. Я впервые увидел Владимира Владимировича в 2014 году, когда он рассматривал мою кандидатуру на должность главы Георгиевска и пригласил меня для знакомства. Я увидел его впервые. Мы с полчаса поговорили по душам в его кабинете. Сразу почувствовал одинаковое желание во главу угла ставить заботу о людях, которые «наняли» нас на службу. 

- И у вас не бывает разногласий? Разницы во мнениях?

- Конечно бывают. Бывает таже очень «больно». Но - я встроен в вертикаль власти. Мой руководитель - губернатор. Лучший по моему твердому убеждению губернатор в нашем крае за всю историю, да и не только края. У губернатора есть глобальное видение всех минусов и плюсов территорий, руководителей, меня, моих коллег. Есть возможность поддержать ту или иную идею, инициативу, программу, поддержать в поиске финансирования. И это по каждой территории. Он отвечает за все. Мы - его помощники.  И если главу «несет не туда», если не за людей, а ради успехов по службе, то Владимир Владимирович легко поправляет. Знаете, и это помогает. Поэтому кардинальных разногласий не было, а получать доводилось: за невыполнение. У него вопрос четкий: «Что ты хочешь сделать и что нужно? Жители поддерживают? Тогда я поддержу. Но если подведешь, больше за помощью не приходи. Потому что ты подведешь город и его жителей. И не только город, но и край. Ведь эту школу мог построить кто-то другой». И у меня до последнего времени это получалось. Конечно, были и провалы, и сложности, и трудности, бывало все, но в важных, принципиальных делах еще ни разу удавалось не подводить. Только это связывает меня с губернатором: я могу добиться результата, которого он от меня ждет. 

«Если бы я знал, какая эта работа, я ни за что не пошел бы. Я хорошо жил в бизнесе. А на службе ни отпусков, ни выходных, постоянные проверки, постоянные проблемы, что-то ломается, что-то вышло из строя, что-то нештатное произошло. Но характер такой, что если пошел – то уже до конца. Сила любой дороги в том, что она заранее пугает вас: не дойти, не осилить. А ее слабость в том, что если вы по ней идете, то дойдете - обязательно. И я вот на этом учился. Если вы занимаетесь работой, не важно какой и сколько зарабатываете, но любите эту работу, на ней горите, то вы добьетесь успеха.  Потому что идете и идете». 

ОТКРУЧИВАТЬ - ОТ РЕЗУЛЬТАТА. 

- В чем вы видите главную разницу между работой в госструктуре и работой в бизнесе?

- В бизнесе ты бог и царь, что хочешь, то и делаешь, хочешь – ходи на работу, не хочешь – не ходи, потому что там главное – результат. 

Когда я пришел на работу в администрацию, я был шокирован тем, что муниципальная система управления предусматривает выполнение мной определенных регламентных процедур: то есть передо мной нет задачи что-то сделать, а есть задача – как я буду это делать. И это все прописано. Бюрократическая система нивелирует и негативные, и положительные стороны любого человека, ее регламент может выполнять фактически кто угодно, ведь написано: возьми, пойди, посмотри, в 30 дней ответь на письмо, контракт проверь по закону и т.д. А чем это закончится – посмотрим. При этой системе получается что-то не то в нашем королевстве. Регламент определен, и наша задача – его сделать и отчитаться. Проверяются отчетные мероприятия, отчетные совещания. И когда мы говорим, что поднимаем эффективность какого-то вопроса путем проведения совещаний, это звучит абсурдно. Потому что эффективность ведь - не в этом, а в том, чтобы мы оптимизировали какой-то процесс. Меня эта система, нацеливающая на процедуру, а не на результат, очень сильно напрягла. Убежден: мы должны откручивать от результата! 

А о результате я стал задумываться, когда пришел в Железноводск, курортный город, в котором нет ничего, кроме санаториев и леса. Как развивать? Что делать? Ему не быть Кисловодском с его бульварами, ресторанами, кафе, развлекательными учреждениями и заведениями. Не быть Ессентуками с безумно, фантастически сильной минеральной водой - лечебной, одним из самых максимальных процентов минерализации. Естественно, не быть Пятигорском – политическим и торговым центром. И я начал искать свой путь, перерыл библиотеки, музеи, генпланы города. И мы его нашли: стали развивать Железноводск как город-лес. Ведь это единственный город на КМВ, расположенный в лесу натурального происхождения. В отличие даже от рукотворного кисловодского парка количество деревьев на квадратный километр в Железноводске в разы больше, чем здесь. Поэтому основа лесотерапии – фитонциды - там выражена гораздо сильнее. Приезжающие прежде всего поражаются тому, что вокруг лес и фантастический воздух. Плюс он на седловине между горами Бештау и Железной, постоянно продувается, и там большая влажность. Вот эти особенности убедили меня том, что именно это надо монетизировать. Я говорю: мы каждый кусочек курортного парка и самого Железноводска должны не продавать, а монетизировать. Потому что туристическая услуга бесконечна: в отличие от нефти, газа, товаров ее можно много раз продавать. А о том, как продавать, есть специальная наука. Продавать город – нельзя, продавать в нем нечего, а если даже есть, то завтра закончится. И что дальше? Нужно продавать услугу. Мы туристический город, реально – моногород. Если туристическая отрасль – город живет. Ее нет – город умирает. Как для другого города завод, так для нас туризм: есть он – есть рабочие места. Прямо или косвенно мы все работаем в туристической сфере. Приехал турист – заплатил за санаторий, таксисту, в магазине, за экскурсию, за прическу, за сувениры, за продукты. И уехал. Каждый заработал. А у бизнеса есть работники, которые получают зарплату. И ее им платят, если у бизнеса есть выручка. А чем больше туристов, тем больше нужно рабочих. Когда рабочих нет, говорят: низкие зарплаты, нет работы. Я говорю: чтобы мы жили лучше, нужно, чтобы туристов было в два раза больше. Тогда каждый предприниматель будет вынужден найти в два раза больше работников. А их - нет. Значит – перегрев рынка труда и, соответственно рост зарплат. Этот путь прошли все туристические города мира и живут хорошо. А мы еще не прошли. 

- Кавминводы, в отличие от тысяч курортов – регион лечебный в силу уникальных бальнеологических факторов, и с царских времен развивался именно в этом направлении. Правильно ли сегодня делать основной упор не на здравоохранение, а на туризм с его современными запросами? Насколько возможно без ущерба совместить эти направления? 

-  Санкур - отрасль очень консервативная. Она крайне медленно растет вширь. Это тяжелейший бизнес: гостиница плюс санаторий. Но ведь жители должны иметь рабочие места, хорошо зарабатывать, а город - хороший бюджет! Площадь Кисловодска после присоединения территорий Предгорного района 170 квадратных километров, в нем 135 лечебных учреждений, и все они сконцентрированы в одном месте. А остальное, чтобы туристы ехали гурьбой - можно и нужно делать точками притяжения и монетизировать. Это не означает строительство домов-заводов-пароходов - нужна только туристическая инфраструктура для разных, иных видов туризма. 

В Железноводске мы ее отремонтировали, и к нам десятками поехали экскурсионные автобусы: гулять. А в Кисловодске потенциальных ресурсов в тысячи раз больше. Вот Кавминводы в связи с открытыми границами вынуждены конкурировать с другими мировыми курортами, как Карловы Вары, многие ездили и удивляются: почему у них так, а у нас не так? А у нас нет пока еще достаточно широкой и развитой инфраструктуры. Мы только восстанавливаем то, что было сделано в советский период. А нужно, чтобы люди имели возможность гулять везде, кататься на велосипедах, знакомиться с легендами и мифами, нашей богатейшей культурной историей, наслаждаться красивейшими видами города и природы, пить минеральную воду, заниматься активным отдыхом, восхищаться разнообразной кухней, проводить бизнес-форумы, фестивали, маскарады, парады, другие событийные мероприятия. И все это должно быть просто, комфортно, и не очень дорого, чтобы были камеры для безопасности, хорошие дороги, парки, скверы. В результате все то, что сейчас не используется и не приносит никому денег -  будет монетизировано, а мы, и бюджет, и наши жители – будем жить лучше. Но здесь важно общесвенное единство и широкое обсужение всех проектов. Ведь, к сожалению, после лихих 90-х у некоторых из нас, у общественников и экологов, осталось впечатление того, что власть может только портить, неэффективно использовать в чьих-то интересах. Только публичное принятие решений, широкое обсуждение и поиск консенсуса позволит избежать ошибки девяностых. Поэтому нужно прекратить жить борьбой с властью. Это не будущее, это - самоуничтожение.

 - Дело не только в экологах. Большой процент жителей КМВ, в том числе Кисловодска – это приезжие, которые в разное время, заработав средства, приобрели жилье после выхода на пенсию в спокойном зеленом городке, с чистым воздухом и прекрасной природой. 

- Понимаю. Но, в первую очередь, все будем делать для жителей. Больницу надо делать? Надо. А чтобы в Кисловодск без пробок заехать, подъездные дороги нужны? Нужны. Западный объезд, Северный объезд, выход на Фоменко, прокол под железной дорогой... 

И монетизация, а значит инфраструктура - необходимость. Чудес ведь не бывает, я не поменяю систему бюджетирования государства: мне дают в бюджет столько, сколько нужно для количества населения. А у нас-то требования другие – город должен быть красивым. Значит, надо, чтобы приезжало больше людей. Это доходы бюджета, то есть больше тротуаров, освещения, лавочек. Чтобы иметь будущее, нужно мечтать, а еще - иметь консолидированное мнение. Кисловодчане не согласны, считают, что не нужно увеличения потока туристов? Тогда скажите: за счет чего содержать город? Покажите другой путь, мы обсудим вместе и пойдем другим путем. Я работаю на людей и то, что выбирает и поддерживает большинство жителей, для меня закон. Это и есть демократия. Вообще, я называю свою должность должностью главного завхоза – чтобы в хозяйстве города было все хорошо, тогда и город будет процветать, а жители радоваться, что живут и работают в нем.

- Конкретные планы по развитию туристической сферы Кисловодска уже есть? 

- Конечно. Сейчас мы участвуем в формировании третьей волны развития и Кисловодска, и Кавказских Минеральных Вод в целом. Курорты КМВ пережили это в начале 19 века, в первой половине 20-го, когда коммунисты начали массово строить санатории, а теперь у нас есть шанс - выпадающий в сто лет. И предстоит уточнить, какой должна быть эта волна. 

Конечно, лечебно-оздоровительный туризм, санатории – это святое, это наш костяк, наша гордость, мастодонт. Но на нем мы далеко не уедем, я твердо в этом уверен. Новое поколение не знает, что такое санкур, и за границей почти не знают. А я знаю бюджет и Железноводска, и Кисловодска. И никогда не смогу мести улицы так, как мели в СССР. Потому что система бюджета такая. Значит, нужно развивать все виды туризма: спортивный, событийный, туризм выходного дня, гастротуризм, агрономический туризм. Но повторюсь, для этого нужна инфраструктура. У нас красота – фантастическая, и – многое в забытье. Чтобы этого не было, чтобы чистить и содержать территорию, нужны деньги. А где моногороду их брать? Поэтому, приедет турист – будут деньги. 
Конкретный план - особая экономическая зона туристско-рекреационного типа «Солнечная долина», первая на Кавминводах. Это 300 гектаров к востоку от Национального парка, на которых мы планируем построить до 15 тысяч новых койко-мест за счет частных инвестиций. Это при том, что у нас в городе всего около 16 000. Вот и пример увеличения турпотока в два раза. Кому будет плохо? 

- А помимо такого грандиозного объекта, какие еще пути для монетизации курорта вы видите? Лавочки и фонари ведь денег не принесут?

- В городе муниципальной земли почти не осталось - все частное, давно купленное или приватизированное. Но у нас есть присоединенные территории. Надо смотреть за ними и развивать. И когда мы там что-то интересное предложим, турист сможет проголосовать рублем… 
 
- Ваш предшественник Александр Курбатов провел колоссальную работу, подготовив фундамент под будущее развитие Кисловодска, с привлечением лучших специалистов из Москвы, профессиональных компаний. Были созданы и приняты важнейшие документы: Концепция развития города-курорта до 2030 года и его Генеральный план, начата работа над его экологическим стандартом, Кисловодск подключился к международной кампании в защиту климата и чистого воздуха BreatheLife … Какая судьба ждет все эти документы и начинания, вы намерены их продолжить? 

- Однозначно. Главная линия - это то, что сделал Александр Вячеславович со своей командой. Но очень многое уточняется: поступают новые предложения, где-то есть финансирование, а где-то нет, какой-то вопрос откладывается, какой-то быстро решается. Что касается зонирования территорий, то мы приняли в конце прошлого года Правила землепользования и застройки, которые все регламентируют. Но главное остается: есть ограничения по высотности зданий. Высотной застройки в городе не будет, за исключением улицы Замковой - фактически современной части города, до 10 этажей. 

- А что будет с долгостроями и заброшенными санаториями, стоящими по периметру города?

- Они практически все в частной собственности. Эффективных мер, чтобы заставить собственника достроить объект незавершенного строительства, в настоящее время нет. Владельцы знают, что стоимость каждый день растет, и ждут, когда ему заплатят больше деньги. А мы с вами живем в услових стройплощадок, огороженных пустых земельных участков и недосроенных зданий. Чтобы решить эту проблему, сейчас пытаемся добиться значительного повышения налогов на землю и на имущество за брошенные самовольные или недостроенные объекты – в два, в три, в десять раз. И только тогда не достраивать станет невозможно. 

СОБАКИ

- Евгений Иванович, озвученное вами решение проблемы бездомных животных вызвало большой резонанс в общественных кругах. И не только с точки зрения гуманности, но и соответствия законодательству. Прокоментируйте, пожалуйста. 

- Собакам я не враг, я люблю животных. У меня дома всегда живет собака. Но существующий закон о бездомных животных эффективно не работает. И не у нас, в нашем крае, но и фактически по всей стране.  Об этом пишут мне жители в соцсетях почти каждый день. И если он не работает, значит надо что-то делать исходя из наших возможностей на сегодняшний день и не рисковать здоровьем или жизнью наших жителей. Закон надо менять. 

Ирина Стрыжкова.
Фотографии предоставлены пресс-службой администрации Кисловодска и из личного архива Е.Моисеева

Рейтинг Известных людей

Посмотреть весь рейтинг


Казакова
Ольга Михайловна
Ставропольский край
Ткачев
Александр Николаевич
Краснодарский край
Голубев
Василий Юрьевич
Ростовская область
Савичев
Роман Валерьевич
Ставропольский край

Кадыров
Рамзан Ахматович
Республика Чечня
 
Другие проекты asrv.ru vestnikxp.ru ludiuga.ru
© «Известные люди Юга России» Обратная связь Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru