Последние комментарии
Наши контакты
Журнал «Известные люди России» №1 (7)
Журнал «Известные люди Юга» №6(№5)(№4)(№3)(№2)(№1)

Читайте нас:  

   
19 июля 2018

Сергей Брилка

Делай всё, что обещал 

 
Председатель Законодательного Собрания Иркутской области рассказал о жизни, работе, семье.

- Сергей Фатеевич, вы из многодетной семьи. Хотел бы именно от вас услышать, сколько всего у ваших родителей было детей?

- Одиннадцать. Четверо родились перед войной и в первые месяцы войны, остальные –после. Мама у меня настоящая мать-героиня с орденами первой, второй и третьей степеней.

- А как ваша семья в Сибири оказалась?

- Закончилась война, у мамы с папой было четверо «военных» детей, и сразу же еще двое появилось: в 1946 году родился Леонид, в 1948-м – Володя. Было очень сложно: шестеро детей в полуразрушенной Одессе, и всех надо кормить, поить, одевать.… А в то время по стране ездили эмиссары, которые предлагали переехать на Восток. Обещали, как правило, дом, работу, корову, еще что-нибудь. И вот отец собрал всю нашу семью и приехал сюда, в Иркутск. Здесь тогда работала пересыльная служба, и ему предложили на выбор несколько точек для проживания. Он выбрал Качугский район, село Анга. Мы туда приехали в 1953 году, а в 1954-м я появился. То есть я первый коренной сибиряк в нашей семье. После меня родилось еще три сестры – тоже, получается, сибирячки. 

- Не жалели в вашей семье, что решились на такие изменения в жизни – из Одессы в Сибирь, да еще в отдаленное село?

- Сейчас я оцениваю эти решения своего отца и понимаю, что он крайне прозорливый человек. Он был мастер на все руки, механизатор, строитель. И потому был уверен, что даже на селе всегда найдет себе работу, разведет домашний скот – и за счет этого поднимет семью. Так и случилось: мы очень неплохо жили. За счет нашего хозяйства у нас выучились старшие сестры и братья, все получили высшее образование. 

- А себя вы с какого возраста помните?

- Думаю, более или менее осознанно – лет с пяти. Самое раннее, наверное, воспоминание связано с нашим соседом. Его звали дед Кузьма. Часов так в пять утра стучит к нам: «Федя, – это он так отца моего, Фатея Никифоровича, звал, – поднимай сыновей, прорубь замерзла, надо почистить, колодец почистить, коров поить пора». А на улице мороз – под пятьдесят! Отец встает, поднимает старших: «Витя, Коля, Лёня, Володя!» Кое-что из работы и нам, младшим, перепадало. Представляете: темно, холодно – но все шли. В доме всегда труд был на первом месте. Так было заведено, и это воспринималось совершенно нормально. 

Помню, как братья косили сено. И это тоже была не косьба, а песня! Парни здоровые, крепкие. Встают трое, рядом друг с другом, идут рядами, и такое впечатление, что прошел комбайн. Мама  опускала в колодец ведро с простоквашей, и оно стояло там в постоянной прохладе. Братья косят, потом это ведро поднимают, по две кружки холодной простокваши выпьют – и дальше работают, пока роса не ушла.

- Как в школу пошли, помните?

- Естественно. В школу я ходил за три километра. Один раз, помню, было минус 40 на улице, и я за братом увязался. Я даже и не думал, что мы, первоклашки, скорее всего, не учимся в такой мороз, мне просто интересно было с братом ходить. Он идет простыми шагами, а каждый шаг у него – больше метра, наверное, а я за ним бегом, и то едва успеваю. Прихожу в школу, мне учительница наша Мария Андреевна спрашивает:  «А ты чего, Сережа, пришел?» «Учиться». «Так 40 градусов, мы не учимся!» Стою, расстроился. «Давай, я тебе сейчас чего-нибудь дам, занимайся, – успокаивает Мария Андреевна, – а потом Леня пойдет обратно домой, ты с ним уйдешь». Леня про меня забыл, и обратно бегу один напрямки, через поле, а не через деревню, потому что так ближе. Бегу и боюсь. Мне старший брат рассказывал, что волки вокруг деревни ходят и только ищут, кого бы загрызть. Домой прибежал, мама спрашивает: ну зачем ты в школу-то пошел, ведь ясно было, что не учитесь? А я стою и не знаю, что сказать: ведь мне просто с братом пройти хотелось.

– В самом начале разговора я вас спрашивал, зачем ваша семья из Одессы в сибирское село уехала. Вы мне объяснили – все понятно, логично. А зачем же тогда вы из села уехали? Ведь все же хорошо у вас в Анге было…

– Помню, как у нас был семейный совет, и отец сказал: «Нина, мы переезжаем в город и даем образование второй половине нашей семьи».

После школы я поступил в институт народного хозяйства и практически до окончания учебы был увлечен футболом. А за год до окончания института меня позвал отец. Как сейчас помню этот разговор, потому что он изменил мою жизнь. «Хочу поговорить с тобой серьезно. Ты учишься хорошо, на следующий год получишь диплом. Надо определяться с тем, где ты сможешь применить свои знания. Давай, думай». А поскольку все старшие братья были строителями, я продолжил нашу семейную традицию. Поработал – стал мастером, через полгода – прорабом, а через год – начальником участка. Через некоторое время меня назначили начальником управления, еще через пять лет – управляющим трестом. На тот момент мне было 36 лет.

- Насколько мне известно, вы были самым молодым управляющим трестом в Советском Союзе…

- Мне тоже это говорили, но я специально этот факт, честно сказать, не проверял. Десять лет я возглавлял «Иркутскжилстрой», пока не стал заместителем главы администрации Иркутской области. В 2003 году я ушел с этой должности, а в 2008-м создал Саморегулируемую организацию строителей Байкальского региона. В 2012 году меня пригласили возглавить Иркутское отделение партии «Единая Россия». По партийному списку я был избран в Законодательное Собрание, сначала был заместителем председателя, потом – председателем. 

- История вашей работы в администрации региона заслуживает отдельного рассказа, но все-таки: что бы вы выделили особо?

- Мы перешли на систему, при которой определялись приоритетные объекты, и направляли финансовые потоки на завершение их строительства. Считаю, это было очень важным решением, требующим определенной политической смелости.  До нас система была такой: старались никому не отказывать, от этого деньги распылялись: много чего строилось, но мало что сдавалось.

Что касается системы жилищно-коммунального хозяйства, то на тот момент это было совершенно заброшенное направление работы. Мы создали областное управление ЖКХ и диспетчерскую службу. Каждое утро я приходил в полвосьмого на работу, и у меня было два доклада. Диспетчерская служба сообщала о состоянии жилищно-коммунального хозяйства в целом, а генерал МЧС докладывал оперативную обстановку.

Мы создали областной стратегический запас. Это определенные ресурсы, за счет которых снимали напряжение, которые могло возникнуть в течение года в любой точке региона. На тот момент вся система  жизнеобеспечения была страшно разбалансирована, постоянно были угрозы размораживания городов. Могло произойти, что угодно, и для этих непредвиденных случаев, чрезвычайных ситуаций необходимо было иметь определенные средства. 

- Пока вы работали на должности заместителя главы областной администрации, да и ранее, у вас, безусловно, были встречи с какими-то интересными, неординарными людьми. Кто вам запомнился больше всего? 

- Могу назвать несколько фамилий. Первая – это Александр Петрович Веденеев, открывший мне дорогу в большой спорт. Это тренер, который учил меня не просто футболу, нередко ограниченному тактикой «бей – беги», а  интеллектуальной игре. Его уроки сильно помогли мне в жизни.

Вторая фамилия – это Сергей Кужугетович Шойгу. С  ним я пересекся, когда в конце 1997 года во Втором Иркутске упал самолет «Руслан». А третий человек, который меня поразил, это Борис Евгеньевич Патон, выдающийся специалист в области металлургии, сварки, технологии металлов. 

- А с ним как вы пересеклись? Он же, если я не ошибаюсь, на Украине?  

- Уже после ухода из областной администрации я работал над строительством пятой серии Иркутского алюминиевого завода. Это – уникальный проект, о котором можно говорить долго и много. Наверное, это тема – отдельного разговора. Скажу лишь, что определенные узлы электролизеров всегда крепились на болтах. При этом  происходили значительные потери электроэнергии, все это знали, и при разработке новой технологии инженеры в проектное решение заложили сварочное соединение, увидев в этом огромный экономический эффект. Заложить-то заложили, а как это делать, никто не знает. Я собираю группу сварщиков, инженеров, проектировщиков, и мы едем к Патону. У него две звезды Героя Социалистического труда СССР и одна медаль героя Украины, ему прижизненно в центре Киева поставили памятник, на автомобиле вместо номера написано «Патон».

Приехали к нему в Киев, утречком стоим на крыльце, ждем. Подъезжает машина, из нее выходит дедок, такой сухонький, живой: «Ну что, сибирячки, не можете без нас?» «Конечно, - говорю, - не можем». Он улыбается и так по-дружески говорит: «Ну что, пойдем, ребята, ко мне в кабинет». Приходим, он обращается к кому-то: «Зови банду». А «банда» - это начальники отделов, их заместители. Приходят все эти люди, он им и говорит: «Коллеги, мы с вами в космосе сварили, мы под водой сварили. И что же теперь мы сибирякам первый за 20 лет промышленный заказ сварить не сможем? А ну за работу!» И уже через неделю чтобы был результат. Они нам не просто технологию дали, они дали оборудование, расходный материал, все у себя испробовали и направили к нам монтажников – каждого по своему направлению.

И еще один человек, про которого мне хотелось бы сейчас рассказать, связан со строительством госпиталя для ветеранов…. Это Иосиф Давыдович Кобзон. 

- Каким образом вам удалось с Кобзоном пересечься? Он – артист, а вы – строитель.

- Это было в то время, когда мы строили госпиталь для ветеранов. Тогда я дружил с Владимиром Шагиным, директором Иркутского музыкального театра. К сожалению, он уже ушел из жизни. И вот я говорю ему: «Володя, ты знаешь, народ у меня сильно устал, на госпитале уже несколько месяцев пашет без остановки, как бы концерт организовать?» Он отвечает: «Завтра к нам Иосиф Давидович прилетает, переговорим». Мы приехали, в порту его встретили, я к нему обращаюсь: мол, я управляющий трестом, строим важный объект для города, не могли бы вы выступить, я оплачу. Он спрашивает: «Какой объект?» Я говорю: «Госпиталь для ветеранов войны и труда». Он: «А за что платить? Я – член  всероссийского комитета по празднованию Дня Победы. Как я могу не выступить?»  Приезжаем на объект. Актовый зал уже готов, сидений, правда, еще нет. Он с помощником приходит. Я спрашиваю: «Может, оркестр какой-нибудь надо? Или рояль привезти». Он: «Не надо, электрический синтезатор привезите – и хватит». Мы покупаем в «Мелодии» новенький синтезатор «Ямаха», устанавливаем его. Кобзон тем временем в кабинете у директора разворачивает газетку, переодевается. На газетку складывает брюки и пиджак, надевает концертный костюм. И полтора часа, не сходя со сцены, он давал концерт. Народу в зале – под завязку. Многие в робах, в краске. Кто-то из строителей просит: «Иосиф Давыдович, а можешь такую песню?» «Могу». И поет. «А такую?» «Могу». И опять поет. Потом мы его привезли в музыкальный театр, и он там еще три часа выступал. Я до сих пор удивляюсь силе этого человека.

- Сергей Фатеевич, вот вы сейчас много говорили о людях, которые в разный период жизни находились с вами, оказали, возможно, на вас какое-то влияние. А у вас какие ценности в жизни?

- Отец всегда говорил так: никогда ни перед кем не оправдывайтесь. Делайте – и делом доказывайте свою правоту. Если чувствуете, что не можете сделать или не видите завершения – лучше не беритесь. Это не заповедь, а просто отеческие наставления, которые он нередко произносил в разных ситуациях и в разных контекстах. А каких-то теоретических, философских заповедей у меня нет, но главное для меня – не предать, сделать все, что обещал. Уже сейчас я  стал понимать, что надо обязательно вкладывать в детей. И я всю жизнь это делал – постоянно строил детские сады, школы. Горжусь, что, несмотря на постоянную загруженность, я никогда не забывал о своей главной личной ценности – моей семье. 

- Расскажите о ней. 

- У меня двое детей, подрастают внуки. Сын пошел по моим стопам – стал строителем. Уже в 17 лет он начал строить первый дом под приглядом своего дяди,  моего старшего брата. После этого у него было несколько своих проектов. Я старался не вмешиваться в его работу. Он закончил три вуза, вполне самостоятельный парень. Дочь окончила иркутскую 47-ю школу, которую, кстати, я построил, после чего поступила в Плехановский университет. Окончила его, затем – Лондонскую бизнес-школу, сейчас готовится к защите кандидатской диссертации.

- Знаете, а я изначально-то хотел с вами поговорить о работе на должности спикера областного парламента. И как-то по другому направлению у нас беседа пошла… Можете рассказать об этой стороне вашей жизни?

- В двух словах не расскажешь. Выполнен целый пласт работы. В частности, настольным документом в деятельности депутатов Законодательного Собрания в течение всех пяти лет были «Наказы избирателей». Этот перечень был сформирован сразу, как созыв приступил к работе. Причем, были учтены наказы депутатов всех партий. К началу этого года было выполнено около 200 наказов на общую сумму более 14 млрд рублей. Еще 60 наказов вошли в бюджет региона этого года. Речь идет именно о крупных проектах, преимущественно, связанных со строительством и ремонтом социальных объектов. На первом месте среди исполненных наказов – детские сады. Более 60 дошкольных учреждений в регионе были либо построены с ноля, либо отремонтированы. Нам в Приангарье удалось решить проблему с местами в детских садах для детей старше трех лет.  Теперь взят новый ориентир – создание ясельных групп для малышей от полутора до трех лет. В том же образовании появился новый запрос – на школы. Мы в феврале этого года были с парламентским контролем в школах Иркутского района – часть из них переполнены, учеников в разы больше нормы. Соответственно нужно срочно разрабатывать проектно-сметную документацию и изыскивать возможности для строительства в районе новых школ. 

Очень много вопросов связано со сферой здравоохранения. В перечне наказов избирателей приобретение автомобилей скорой помощи для территорий области не значилось. Но прошло время, и такие запросы стали звучат один за другим. Законодательное Собрание приняло решение – выделить средства на приобретение практически одномоментно 200 автомашин скорой помощи класса «А» для территорий региона. Этот вопрос мы держим на контроле – проверим, какие автомобили были закуплены, дошли ли они до тех, кому предназначались. 

Законодательному Собранию удалось добиться разработки отдельной подпрограммы по строительству фельдшерско-акушерских пунктов в рамках областной государственной программы развития здравоохранения. До этого строительство ФАПов осуществлялось за счет программы по развитию сельского хозяйства, и федерация часто не направляла в регион требуемого софинансирования, в результате чего реализация программы  пробуксовывала. Теперь же ФАПы по новой подпрограмме будут строить за счет областного бюджета

Поистине взрывным оказался интерес к спортивным сооружениям – как только начали строить ФОКи, посыпались аналогичные просьбы из районов, поселков, небольших городов. Сегодня только северному городу Усть-Куту нужно три ФОКа. Можно говорить о том, что перечень тех же наказов не статичен, он постоянно актуализируется и дополняется новыми объектами.
 
- Скажите, а вы не жалеете, что в какой-то момент ушли в политику, стали депутатом?

- Не жалею. Более того – это было предопределено. 

- Это как так?

- Я родился в марте 1954 года. Именно в тот день во всей стране шли выборы в советы народных депутатов. И когда я появился на свет, врач-акушер сказал: «Ну вот, депутат родился». И мама мне все время об этом напоминала. И  когда меня первый раз избрали в городской совет, она мне, конечно, об этом в очередной раз напомнила: «Ну, вот видишь, врач-то был прав!»

- Ничего себе история! 

- Но она на этом не закончилась. Моя жена защитила кандидатскую диссертацию, и какие-то ее документы лежали в Москве. А я тогда был управляющим трестом, часто в командировки ездил, она и мне говорит: «Сережа, зайди в Минздрав, забери документы».  «Без проблем», - говорю. Пришел в министерство, подаю доверенность. И тут выходит седенький дедушка. Спрашивает: «Как фамилия?» «Брилка». Он дальше интересуется: «А где вы родились?» Я говорю: «В селе Анга Качугского района». «А в каком году?» «В 1954, в марте». «Ой, да какой же ты бравый вырос-то!» Оказывается, тот акушер, который у моей мамы роды принимал! Я приезжаю в Иркутск, рассказываю ей эту историю. Она, конечно, удивилась, и рассказала, что он работал у нас по распределению. Приехал на три года, а остался на восемь лет. Он еще и трех моих сестер успел принять. И лишь потом вернулся в Москву. Так что, я думаю, какая-то закономерность в том, что я ушел в политику и стал депутатом, все-таки есть.


Дмитрий Варфоломеев.
Фото пресс-службы ЗС Иркутской области


Рейтинг Известных людей

Посмотреть весь рейтинг

Голубев
Василий Юрьевич
Ростовская область
Фадзаев
Арсен Сулейманович
Республика Северная Осетия-Алания

Кадыров
Рамзан Ахматович
Республика Чечня
Савичев
Роман Валерьевич
Ставропольский край
Устинов
Владимир Васильевич
Ростовская область

Тимофеева
Ольга Викторовна
Ставропольский край
Ткачев
Александр Николаевич
Краснодарский край
 
Другие проекты asrv.ru vestnikxp.ru ludiuga.ru
© «Известные люди Юга России» Обратная связь Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru