Последние комментарии
Наши контакты
Журнал «Известные люди России» №1 (7)
Журнал «Известные люди Юга» №6(№5)(№4)(№3)(№2)(№1)

Читайте нас:  

   
14 ноября 2018

Анатолий БЕЗУГЛОВ

Законы были чудовищны. А люди неплохие

- Анатолий Алексеевич, вот люди годами со ступеньки на ступеньку шли по служебным лестницам. А тут, вдруг, вчерашний выпускник юридического института и… помощник Генерального прокурора СССР. Чем объясните такой «карьерный взлет»? Кстати, сколько лет вам тогда было? 

- Неполных 22. И моя служебная карьера действительно была фантастической: за один месяц я вырос от потенциально рядового следователя прокуратуры района до прокурора уголовно-судебного отдела Прокуратуры СССР. Как это было? Расскажу.

Шел 1950 год. Учеба в Московском юридическом институте подходила к концу. Естественно, возник вопрос о будущем. Некоторые мои товарищи решили поступать в аспирантуру. И я подумал: «А почему бы и мне не податься в науку?». Но я знал, что преимущество у тех, кто занимался в научных кружках. Из всех правовых дисциплин мне больше других импонировал уголовный процесс. Вот и подался на очередное (и последнее в том учебном году) заседание научного кружка по уголовному процессу, которым руководил профессор Д.Карев (участник Нюрнбергского процесса, начальник отдела Прокуратуры СССР).
 
С докладом о роли прокурора в судебном процессе выступил его коллега – начальник уголовно-судебного отдела Прокуратуры СССР  В.Ефимочкин. После доклада началось его обсуждение. Взяв слово, я стал критиковать прокуроров за низкий уровень государственного обвинения. Досталось и докладчику за тенденциозность освещения проблемы. Студенты – члены кружка, слушая меня, скорее всего, подумали: «Ай, Моська…» Что же касается руководителя кружка и докладчика, то они, будучи людьми интеллигентными, ничего плохого в мой адрес не сказали и даже в чем-то согласились. Правда, в аспирантуру был приглашен другой студент…

Настало время распределения на работу. Когда на комиссии спросили о моем желании, я, не раздумывая, ответил: 
- Хочу в прокуратуру, желательно на родину – в Ростовскую область.
- А в Архангельскую область не хотите? – поинтересовался присутствующий на комиссии заместитель Генерального прокурора СССР В.Болдырев.
- Нет, - отрезал я.
- А в Мурманскую? – последовал вопрос.
Ответил я весьма дерзко:
- Вы что, географию не знаете? Я же сказал: хочу на юг, на родину!

И, как ни странно, замгенпрокурора, улыбнувшись, доброжелательно предложил мне место следователя прокуратуры района в Ростовской области. 
Я стал готовиться к отъезду. А дней через 10-15 мне говорят: «Безуглов, тебя приглашают в Прокуратуру РСФСР». Иду. И совсем неожиданно в отделе кадров мне предложили новую должность: быть следователем в Москве. Я, естественно, согласился. Тогда меня представили прокурору республики П.Баранову. После короткой беседы он сказал: 
- Идите в Прокуратуру СССР. Там вам дадут новое направление на работу.

Когда я пришел на улицу Пушкинскую (ныне Б. Дмитровка), 15-а, получил пропуск и стал подниматься по лестнице, то увидел, как навстречу мне по той же лестнице спускается В.Ефимочкин – да, тот самый генерал, которого я недавно критиковал. Встретившись, мы поздоровались, и он поинтересовался:
- Куда вас направили?
- Следователем Прокуратуры России.
Наступила короткая пауза, после которой генерал, внимательно глядя мне в глаза, спросил:
- А вы не хотите работать прокурором уголовно-судебного отдела Прокуратуры СССР?

Как вы догадываетесь, мой ответ был положительным. Мы поднялись на пятый этаж, зашли в кабинет Ефимочкина. Он тут же стал писать представление на меня. Что в нем говорилось – я не знаю. Когда секретарь принесла отпечатанный текст, генерал подписал его, и мы отправились к первому заместителю Генерального прокурора СССР К.Мокичеву. Тот задал мне несколько вопросов. А когда я ответил на последний, он спросил: 
- Когда вы можете выйти на работу?
- Готов хоть завтра, - ответил я, все еще не веря в происходящее.

Вот так несколько головокружительных кульбитов судьбы сделали меня сразу прокурором. Работа исключительно ответственная: рассмотрение жалоб, проверка уголовных дел в порядке надзора, прием населения, выступления в судах в качестве государственного обвинителя, участие в заседаниях судебной коллегии по уголовным делам и Пленума Верховного Суда СССР. Страшно уставал. Но никогда не забывал, что за каждой жалобой, за каждым делом – человеческие судьбы. Ошибаться нельзя… 

- И вы никогда не допускали такого?
- Один Господь не ошибается. А я всего лишь смертный. Еще римляне говорили: человеку свойственно поступать неправильно. Возможно, мне не хватало жизненного опыта, прокурорской практики.
- А как тогда действовало «телефонное право»? Часто вам приказывали «сверху»? 
- Представьте себе – за шесть лет работы в Прокуратуре СССР я лично такого случая не припомню. Ни одного. Решал по закону. Хотя сами законы часто были чудовищно несправедливыми. Например, за мешок похищенного зерна колхозник мог получить 10-15 лет лишения свободы. Я благодарен судьбе, что мне не довелось рассматривать дела о контрреволюционной пропаганде и о «врагах народа». Это входило в компетенцию прокуроров другого, специального отдела. 

- Вы помните, конечно, свое первое «надзорное» дело? 
- Помню. Отца осудили за убийство дочери. Все обвинение зиждилось на косвенных, при этом малоубедительных доказательствах. Достаточно сказать, что главным уличающим доказательством стала трогательная любовь отца к дочери: он ее провожал в школу, на танцы. Вечерами встречал. Делал подарки…
Изучив дело, я задумался: ну а если бы отец плохо относился к дочери, то и в этом случае следствие и суд сочли бы его виновным? Абсурд. Я подготовил протест. Верховный суд его удовлетворил: приговор и последующие определения отменили за недоказанностью вины, дело прекратили. А спустя три года  нашли  и осудили настоящего убийцу. 
- А людей, с которыми работали, помните? 
- А как их забыть? Расскажу несколько случаев, которые считаю поучительными.

Генеральный прокурор СССР Г.Сафонов имел обыкновение не отвечать на приветствия подчиненных (на мои в том числе). А когда одна женщина-прокурор, возмутившись таким поведением Сафонова, обратилась в партком Прокуратуры СССР, там ей ответили: «Георгий Николаевич настолько занят государственными делами, что не замечает никого и ничего вокруг себя». 
Но настал 1953-й. Сталин умер. Берия арестован. Генеральный прокурор Сафонов освобожден от занимаемой должности. И вот однажды безработный Сафонов, я и прокурор отдела С.Лавров садимся в лифт. Наступает тягостная тишина. Желая разрядить обстановку, Сафонов, увидевший в руках Лаврова палочку, спросил: 
- А что у вас с ногой?
Лавров не растерялся и с ехидной улыбкой ответил: 
- Она у меня с детства такая, но вы почему-то прежде, когда я ходил к вам на доклады, моим здоровьем не интересовались. 
Сафонову стало явно не по себе. Впрочем, был у него инцидент и посерьёзней.

Шло заседание Политбюро. С докладом выступил Мехлис – министр государственного контроля – и высказал критические замечания в адрес прокуратуры. После доклада, когда началось обсуждение, Сафонов попросил слово. Сталин в знак согласия кивнул головой. Когда Генеральный прокурор шел к трибуне, то увидел и услышал, как Сталин, нагнувшись к  помощнику, тихо (но так, чтобы все слышали) спросил: 
- Это кто такой?
- Генеральный прокурор Союза, - пояснил помощник.
Этот акт унижения Сафонов помнил всю жизнь. 

История вторая. Мой друг и коллега по работе в Прокуратуре Союза Б.Ворогушин в конце 50-х годов прошлого столетия был вначале назначен начальником следственного отдела, а через год-полтора – уже первым заместителем начальника Главного управления милиции МВД СССР. Ему  присвоили звание комиссара милиции III ранга – генерал-майора. Но форму он носил очень редко. На служебной машине по личным делам не ездил. Дорогих подарков не принимал. 

А когда я однажды пришел к нему в гости, то удивился: второй милиционер в Союзе жил в комнате площадью 10-12 квадратных метров, отгороженной в годы войны от кухни коммунальной квартиры. Правда, спустя время ему с мамой дали двухкомнатную квартиру, которая располагалась над аркой, в результате полы зимой были холодными. А ведь в его положении другой бы… Но Борис Владимирович никогда, подчеркиваю, никогда не злоупотреблял должностью. 

Случай третий. После перевода в редакцию газеты «Советская Россия» и в последующие годы я не порывал связей с прокуратурой – был консультантом и советником почти всех генеральных прокуроров СССР, а потом и России. Один из них - А.Рекунков. Донской казак. Участник Великой Отечественной войны. Прокурор от Бога. Будучи прокурором Азовского района Ростовской области, он в 1952 году (еще при жизни Сталина) возбудил уголовное дело против руководителей райкома и райисполкома, обвинив их в хищении государственного имущества. И только объявленная после смерти Сталина амнистия не дала возможности довести следствие до конца, до скамьи подсудимых. Но все проворовавшиеся «боссы» районного масштаба были исключены из партии и уволены с позором…

А когда Рекунков стал прокурором Воронежской области, на заседании бюро обкома партийные деятели попытались давать ему ценные указания по конкретному делу: как вести следствие, кого арестовать, кого освободить. Выслушав «ЦУ», Рекунков взял папку с материалами дела и положил ее перед первым секретарем обкома со словами:
-Если вы лучше прокурора знаете, как вести следствие, то вот вам дело и ведите следствие сами…
После этого эпизода в области уже никто из партийных начальников не отваживался учить прокуроров. 

Напомню: в бытность Рекункова Генеральным прокурором СССР прогремели «Краснодарское дело», «Хлопковое дело», «дело Чурбанова» и других». Поверьте мне: чтобы довести все эти дела до суда, требовалось мужество не только от следователей…

Начальник следственной части Прокуратуры СССР Г.Каракозов рассказал мне такой случай, свидетелем которого он был. Когда арестовали крупных партийных деятелей, Рекункову позвонил весьма влиятельный секретарь ЦК КПСС и потребовал в грубой форме (с использованием мата) немедленного освобождения этих лиц. Обычно в таких случаях министры и прокуроры брали «под козырек», но Александр Михайлович был не из робкого десятка. На все требования и угрозы Рекунков отвечал твердо: «Для их освобождения нет законных оснований!».

На моем пути чаще встречались люди хорошие, и воспоминания о них светлые, добрые. Но встречались и подлецы. 
- Вы упомянули о своем переходе из прокуратуры в редакцию газеты. Чем вызвана такая метаморфоза?
- Первые газетные материалы, в основе которых – рассмотренные мною уголовные дела, появились на страницах газет «Комсомольская правда», «Труд», на страницах журналов. Например, в журнале «Социалистическая законность». Не скрою, я горжусь, что еще в 1955 году в журнале «Московский пропагандист» опубликовал статью «О пропаганде советских законов», в которой подверг критике практику привлечения к ответственности людей за нарушение нормативных актов, которых они не знали и знать не могли, потому что те были или секретными, или для служебного пользования. Ещё работая в прокуратуре, я написал первую публицистическую книгу «Это касается всех». 

- Вы два десятка лет руководили кафедрой во Всесоюзном заочном юридическом институте (ВЮЗИ), филиал которого был и в Ставрополе. Скажите, кто из ваших бывших студентов достиг успеха?
- Я не веду такого учета. Если мне память не изменяет, среди тех, кто сегодня у власти, ВЮЗИ заканчивали мэр Москвы  С.Собянин,  депутат Государственной Думы РФ В.Васильев. В числе тех, у кого я лично принимал экзамены, бывший вице-президент СССР Г.Янаев (он возглавлял ГКЧП), бывший начальник охраны Ельцина А.Коржаков, космонавт, Герой России Ю.Батурин
- Анатолий Алексеевич, сакраментальный вопрос: почему так часто, систематически нарушается Основной закон нашей страны? Читаешь любую статью – все хорошо, замечательно. Но в реальной жизни – десятки, сотни примеров ее игнорирования, забвения. Самое печальное, что за это никто не несет абсолютно никакой ответственности. 

- Еще А.Герцен говорил о том, что «жить в России и не нарушать законы нельзя… Русский, какого бы звания ни был, обходит или нарушает законы всюду, где это можно сделать безнаказанно». Прошли годы, но отношение граждан к соблюдению законов не изменилось. Позвольте процитировать  моего коллегу профессора Н.Матузова. Проанализировав состояние законности в стране, он написал: «На Конституцию, у нас, мягко говоря, никто не молится, включая и первых лиц. Если она мешает, ее игнорируют. Соответственно нет и конституционной законности, а есть конституционный нигилизм, неуважение к главному Закону государства... Для многих наших соотечественников ничего не стоит обойти закон, схитрить, словчить, нарушить запрет, не подчиниться предписанию, сплутовать. Этого никто не стесняется, этим нередко даже бравируют. Не выработано исторически благоговейного, почтительного отношения к закону, его святости и незыблемости, в том числе к высшему правовому акту – Конституции». 

Многие должностные лица, руководители имеют смутное представление о Конституции. Они ее или не читали, или относятся к ней, как к декларативному и декоративному, пропагандистскому акту, и не хотят понять, что нормы Конституции имеют прямое действие, и их соблюдение обязательно для всех. Без исключения! 

Одна из серьезных причин – отсутствие должного внимания к правовому воспитанию. Телевидение, например, вместо правового просвещения чуть ли не круглосуточно показывает порнуху, кровь, цинизм, забвение норм морали и права.

Главной же причиной правового нигилизма, на мой взгляд, является нарушение принципа неотвратимости наказания за нарушение любого закона, любой юридической нормы. Важна не столько жестокость, сколько неотвратимость и справедливость наказания. Соблюдается ли это требование? Обратимся к фактам.

Ельцин дал указание стрелять по Белому дому, где находились депутаты. Погибли люди. Вопреки Конституции президент разогнал Верховный Совет, приостановил деятельность Конституционного суда. Кто ответил? Никто.
Вместо приватизации в стране прошла «прихватизация» народного добра. Кто ответил? Никто.

Как можно говорить о справедливости, если человека, похитившего поросенка, суд приговаривает к трем годам лишения свободы, а того, кто украл миллионы или убил человека, избирают мэром, депутатом, назначают министром. Ну, а если уж кому-то из них не повезет, например, схватят с поличным при получении крупной взятки, то у такого есть шанс получить срок в один-два года, да и то условно…

- Поменяем тему. А сколько всего художественных книг у писателя Анатолия Безуглова? Какие самые любимые? 
- Двадцать. Правда, в относительно полное собрание сочинений вошли 15 книг. Самые любимые? Да в каждой из них - не только мои слова, мысли. Но и частица души. Назову лишь некоторые: «Следователь по особо важным делам», «Преступники», «Прокурор», «Черная вдова», «Мафия», «Факел сатаны». 
- Где вы находили героев своих произведений? Кто  их прототипы? 
- Прототипами положительных героев чаще становились те, с кем работал, дружил, встречался. Что же касается отрицательных, то их на моем прокурорском пути было больше, чем хотелось бы. 
- Писательская среда – круг общения особый, чрезвычайно интересный. С кем связывала творческая дружба? 
- В отличие от писателей-фантастов, которые постоянно выясняли отношения между собой, авторы детективного жанра жили очень дружно. Часто встречались, обмывали новые «шедевры», радовались успехам собратьев по перу. В моей библиотеке больше сотни книг коллег-друзей с теплыми автографами. Назову имена самых близких друзей из числа писателей-детективистов: Аркадий Адамов, Юлиан Семенов, Юрий Кларов, Аркадий и Георгий Вайнеры (несколько дней назад вновь смотрел видеозапись о нашей поездке с Юликом Семеновым, Аркашей Вайнером, Артемом Боровиком и другими в Мексику), Леонид Словин, Эдуард Хруцкий, Павел Шестаков, Виктор Пронин. Жаль, что многих уже нет с нами... Но их книги живут, их читают. 
- Вы не только писали сами, но занимались и большой издательской работой, были главным редактором детективных книжных серий. Кого из авторов открыли читателям? 

- Мне удалось «пробить» издание серии «Советский детектив». Тридцать авторов – тридцать томов. Сюда вошли лучшие произведения писателей разных поколений, живших во многих уголках нашей необъятной страны под названием СССР. В числе их и такие ветераны, как москвичи Василий Ардаматский, Лев Овалов, Аркадий Адамов и такие молодые, но уже достойные писатели, как Михаил Черненок из Сибири, Павел Шестаков из Ростова-на-Дону, Андрис Колбергс из Риги. Надеюсь, что уникальная детективная серия помогла  читателям открыть для себя новые имена, новые произведения. 

- Анатолий Алексеевич, а как Вы пришли в кино? Кстати,  по НТВ недавно показали фильм «Заложники дьявола», поставленный по вашему сценарию. В главных ролях – Наталья Гундарева, Петр Вельяминов, Михаил Глузский. А какие еще фильмы вышли на экран по вашим сценариям? 
- «Дела давно минувших дней», «Сувенир для прокурора» (в котором снялся и я), «Хищники» (в этом фильме «снималась» лишь моя московская квартира). 
- Всегда ли нравилось то, что появлялось на экране?
- Конечно, не всегда. Но в кино командует режиссер. 
- Долгие годы вы были автором и ведущим популярнейшей программы «Человек и закон». После выхода в эфир ее сюжетов власть изрядно нервничала и вынужденно реагировала. Почему выбрали именно вас? 

- Видимо, дело случая. Первым ведущим этой программы был не я, а мой однокурсник по юридическому институту профессор Ю. Ткачевский. Однажды я даже участвовал в его передаче. Она шла всего 15 минут. Ограничивалась назидательными беседами. Зрителям смотреть на «говорящие головы» не очень хотелось. Стали искать нового ведущего. Выбор пал на меня. Наверное, потому, что я не только юрист, но и журналист, писатель. Характер, вероятно, учли. 
- Не ошибусь, если скажу, что в «Человек и закон» писала вся страна? Что волновало людей? С чем обращались? О чем просили? 

- Когда я пришел на передачу, мы получали в среднем 50 писем в месяц, а когда уходил – на мое имя поступало уже 30 тысяч писем за тот же период. Писали разное. Иногда – смешное. Помню, бригада девушек-маляров сообщила, что они в мою честь взяли повышенные социалистические обязательства. Были и такие послания, в которых назначались свидания в те дни, когда мужья  в командировках. Объявлялись сослуживцы по армии, хотя я в армии не служил, т.к. в институте была военная кафедра. Но, как правило, писали о бедах, о нарушении прав, о несправедливости, о тяжелом жилищном положении, о бюрократизме. Просили посоветовать, помочь, приехать на месте разобраться, навести порядок… 
- Какие из сюжетов вам наиболее памятны?

- Приезжаем в Сочи в разгар курортного сезона. В гостинице «Москва» свободных мест нет. Чуть ли не все номера заняты командированными. Я решил поинтересоваться: кто и откуда приехал? Судя по листкам прибытия, в «командировки» приехали: директор магазина из Ленинграда, судья из Донецка, директор завода из Рустави. Решили проследить, где и как трудятся «командированные». Оказалось, на… пляже, что и зафиксировала объективная камера. 
Там же, в курортном городе, я обратил внимание на легковые машины из разных регионов страны. По нашей просьбе инспектор ГАИ остановил ту, что имела  номера Грузии. Когда инспектор спросил водителя, кого он везет, тот ответил: «Шефа». 

Выяснилось, что шеф, являвшийся руководителем крупного республиканского ведомства, отдыхает в сочинском санатории.

На вопрос инспектора ГАИ, почему его служебная машина находится в Сочи, ответил: «Приеду в Тбилиси, разберусь и вам сообщу». 

Жаль, что сегодня инспекторы ГИБДД не задают таких вопросов госчиновникам, разъезжающим по личным делам на служебных авто, в том числе и в Кисловодске. 

Из громких уголовных дел «запало в душу» ростовское «дело Толстопятовых»: бандиты оказались не только талантливыми изобретателями оружия, но и экспериментаторами: совершив ограбление, они сами звонили в милицию и хронометрировали, сколько времени потребуется оперативникам, чтобы прибыть на место происшествия…

Запомнилась и передача по материалам из города Иваново о спекуляции: девушки-ткачихи купили южные сувениры и, чтобы как-то оправдать затраты на дорогу, решили их продать в своем городе «с надбавкой». Когда снятый нашим корреспондентом сюжет о спекулянтках вышел в эфир, я получил письмо, в котором говорилось: «Вам не стыдно показывать такое? Тоже нашли преступников…». За тот сюжет мне действительно стыдно. До сих пор не могу себе простить… 

- Скажите, пожалуйста, а «окрики» из ЦК часто раздавались? Ну, например: «Как вы посмели в столь негативном свете показать республику? Генеральный секретарь выезжает туда для вручения ордена…». Или что-то подобное? Было так? 
- Было, и не раз! Факты? Пожалуйста. В Смоленске мы сняли сюжет о том, как работники двух соседних предприятий – спиртового завода и колбасных изделий на бартерной основе обменивались ворованной продукцией.

Секретарю обкома партии такая дерзость не понравилась. Он позвонил в ЦК, оттуда – в министерство юстиции: «Как смели позорить славный город?». Сюжет в эфир не пошел. А мне, на всякий случай, директор Института государства и права Академии наук СССР, где я тогда работал, объявил выговор. За что? До сих пор понять не могу.

Аналогичный случай связан и со Ставропольским краем. А было так. Пятигорская студия телевидения позволила себе опровергнуть радио-сюжет о том, что в Нефтекумске сдан в эксплуатацию новый городской Дом пионеров. Корреспонденты телестудии показали, что до разрезания красной ленточки еще далеко. В крайкоме партии кому-то не понравился сюжет. Директора студии (если не ошибаюсь, его фамилия Ю.Костенко) вызывали «на ковер», посыпались в его адрес угрозы… Вот тогда-то в Москву к нам и приехал некий М.Хаджаев в качестве «живого письма» и сообщил о «сгустившихся тучах». 

Я решил, что «Человеку и закону» необходимо срочно выехать на место. А чтобы себя обезопасить от возможных неприятностей со стороны краевых партийных боссов, по моей настоятельной просьбе, вместе с нашей группой выехал и прокурор отдела Прокуратуры СССР А.Борецкий, что и спасло меня впоследствии от больших неприятностей.

В Нефтекумске мы убедились в том, что информация «живого письма» достоверная. Сняли много острых сюжетов. Комментарий к ним сделал член коллегии Прокуратуры СССР И.Черменский. Передачу записали и готовили к показу. Но, увы. Ее сняли с эфира. Почему? Да потому, что кто-то из секретарей крайкома КПСС позвонил второму секретарю ЦК КПСС А. Кириленко, после чего последовала команда «Отставить!». Позже я узнал, что в Ставропольский крайком КПСС направили кляузную докладную о том, что я якобы «ворвался» в кабинет начальника РОВД со словами: «Сорву с тебя погоны, пущу по миру» и т.п., что я дал команду «срывать со стены портреты членов Политбюро ЦК КПСС и сбрасывать их в затопленный водой подвал». 
Вот до чего доходили, лишь бы «торпедировать» эфир. 

- Анатолий Алексеевич, из всех городов России вам приглянулся Кисловодск. Почему?
- Как и все, я люблю кисловодские Солнце, Воздух и Воду (родниковую и нарзан). Горы и леса – тоже. А еще – обилие фруктов и овощей. Я ведь вегетарианец. 
- На ваших глазах происходили многие известные «дела» (например, нашумевшее «Хлопковое дело»). Генералы силовых структур уходили в мир иной, пуская себе пулю в висок. Что и почему происходило тогда? Ведь от общественности многое скрывали… 
- И тогда скрывали, и сегодня мы не знаем многого. Видимо, такая государственная «наследственность». 

- О чем бы хотелось сказать, положа руку на сердце, своим коллегам – следователям и прокурорам ? 
- Еще раз напомнить слова юриста и историка искусства, почетного члена петербургской Академии наук и Академии художеств, участника судебной реформы 1864 г. Д.Ровинского, который в середине XIX века занимал пост московского губернского прокурора, чей многосторонний и бескорыстный труд служил интересам и развитию самосознания общества.

Как-то в одной из речей перед вновь назначенными следователями Дмитрий Александрович  сказал: «Будьте людьми, господа, а не чиновниками! Опирайтесь на закон, но объясняйте его разумно, с целью сделать добро и принести пользу. Домогайтесь одной награды: доброго мнения общества, которое всегда отличит и оценит труд и способности. Может быть, через несколько лет служба еще раз соберет нас вместе – дай Бог, чтобы тогда вы могли сказать всем и каждому:
Что вы служили делу, а не лицам.

Что вы старались делать правду и приносить пользу. Что вы были прежде всего людьми, господа, а уж потом чиновниками…». 

Юрий Самойлов,
Фото автора

<< К оглавлению >>


Рейтинг Известных людей

Посмотреть весь рейтинг


Кадыров
Рамзан Ахматович
Республика Чечня
Ткачев
Александр Николаевич
Краснодарский край
Савичев
Роман Валерьевич
Ставропольский край
Фадзаев
Арсен Сулейманович
Республика Северная Осетия-Алания
Устинов
Владимир Васильевич
Ростовская область
Голубев
Василий Юрьевич
Ростовская область

Тимофеева
Ольга Викторовна
Ставропольский край
 
Другие проекты asrv.ru vestnikxp.ru ludiuga.ru
© «Известные люди Юга России» Обратная связь Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru